Не так давно коллегия Верховного суда обсуждала вопрос о признании аудиозаписей, сделанными сторонами судебного разбирательства, в качестве допустимого доказательства. Это нам кажется, что просто включить диктофон в беседе с человеком, а затем представить его в ходе судебного слушания – вещь вполне допустимая. Однако, если обратиться к букве закона становится ясно, что все не так просто.
-
Во-первых, нужно определить, насколько собеседник «человека с диктофоном» осведомлен о том, что его речь записывается.
-
Во-вторых, на какое именно устройство производится запись, в-третьих, где и при каких обстоятельствах эта запись делается, а также многое другое.
Главное, на что обратили внимание арбитры – это факт или отсутствие факта посягательства на личную жизнь. Это как раз и стало камнем преткновения в обсуждении данного вопроса. Собственно, если бы не это обстоятельство, звукозапись такого формата уже бы давно могла стать средством для защиты своих прав. В нашей статье мы постараемся детально изучить, что органы судебной власти вкладывают в понятие аудиозаписи, чем отличается «гражданская» аудиозапись от той, что производится правоохранительными органами, что нужно знать, когда включаешь диктофон в беседе с человеком и, конечно, где можно и нельзя заниматься записью.
На что ссылались судьи?
Если обратиться к текстам правовых документов, становится понятна некая «нерешительность» арбитров касаемо этого вопроса. В частности, существует запрет на скрытую фиксацию информации, установленный в статье 24 Конституции, гарантирующей равенство прав и свобод граждан, а также право на частную жизнь. Также в пункте 8 статьи 9 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и защите информации», указано, что любой гражданин не вправе требовать от другого гражданина раскрывать сведения о его личной жизни, семейных тайнах против его воли. На основании этих предписаний судьи могут или принять, или наоборот – отвергнуть аудиозапись, представленную в суде в качества доказательства. В нашем случае идет четкое разграничение аудио фиксации на те обстоятельства и то место, где она была произведена. Более того, нам встретилось такое понятие, как «воля» того, чей голос записывают. Если она есть – пожалуйста, фиксируйте. Если нет, то и вопрос исчерпан. Однако, как мы с Вами понимаем, что сказанное умышленно «на диктофон» может существенно разниться с тем, что может сказать человек в отсутствии записывающего устройства. В виду этого, у нас остается последний пункт, в котором требуется разобраться – место и время, когда эта запись производилась. Именно на основании данных обстоятельств и будет принято решение судей. Обращаем Ваше внимание, что к этому вопросу нужно подойти максимально щепетильно, т.к. этот фактор может сыграть решающую роль в рассмотрении дела.
Частная жизнь / общественная жизнь
Как мы видим, законодатель ничего не пишет об общественной жизни, и все запреты распространяются исключительно на частную. Что относится к сферам личного пространства, по мнению государства? Приведем небольшой перечень:
-
Дом и семья, в которой человек состоит и живет;
-
Его переписка, содержание его телефонных разговоров, не относящихся к трудовой и общественной деятельности;
-
Аналогично все то же самое, что относится к членам его семьи и родственникам.
Из этого мы можем сделать вывод, что любая другая сфера, не относящаяся к дому и близким родственникам, признается государством как общественная жизнь, на которую не распространяются указанный нами выше закон и статья Конституции. Следовательно, все то, что человек говорит, скажем так, на работе в рамках рабочего времени, не должно быть чем-то «личным», а значит и закрытым от глаз и ушей общественности. Но как же быть в тех случаях, когда на работе обсуждаются коммерческие или государственный тайны в рамках компании или закрытого ведомства? Об этом немного позже. Однако, любой другой диалог, не относящийся к конфиденциальной информации, может быть записан даже без ведома собеседника в целях, не направленных на уничижение его личности, а также на создание ложно негативного образа в глазах общественности. Здесь уже будет посягательство на его личную жизнь. Вот такая интересная «вилка».
Как записывается голос
В рамках описываемого нами вопроса ключевую роль будут играть средства, с помощью которых и проводится аудиозапись. Так, существует Федеральный закон от 12 августа 1995 г. №144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», согласно которому правоохранительные органы вправе использовать специальные технические устройства для слежения за подозреваемым, записи его разговоров, а также производить прочие мероприятия, направленные на сбор данных о каком-то конкретном лице или группе лиц. К этим устройствам относятся всевозможные датчики, жучки, сенсоры и прочие «шпионские штучки», доступ к которым есть только в специализированных ведомствах. Обычный гражданин не имеет права использовать их в своих целях, а в некоторых случаях даже хранить. Следовательно, мы говорим сейчас исключительно о диктофонах, как отдельно взятых устройствах, или о приложениях в смартфонах, получивших широкое распространение среди рядовых граждан. Стоит отметить, что техническое усовершенствование этих гаджетов настолько шагнуло вперед, что даже в неблагоприятных для записи обстоятельствах (шум на улице, гул в помещении, удаленность источника звука и т.д.) пользователь может добиться приемлемого качества записи. Это обстоятельство не заставляет судей классифицировать данные устройства в качестве «специализированных», собственно, поэтому данные устройства и являются основным средством для сбора данных.
При каких обстоятельствах можно записывать собеседника?
Как мы писали выше, место, обстоятельства и содержание являются определяющими факторами в принятии решения о признании аудиозаписи в качестве доказательства в суде. Соответственно, все то, что так или иначе относится к личной жизни остается запрещенным для записи без ведома говорящего. Разберем ситуацию, при которой запись на диктофон должна быть принята судьями в обязательном порядке.
Предположим, что работник ООО «Диоксио сфера» долгое время находится в напряженных отношениях со своим непосредственным руководителем. Периодические «стычки» с начальником существенно омрачают жизнь работника, и поэтому он решается его проучить, подав иск в суд на основании оскорблений, опускаемых в его адрес. Он понимает, что без доказательств в суде его иск, с большей долей вероятности, не будет удовлетворен. Для того, чтобы обеспечить себя доказательной базой сотрудник «Диоксио сферы» вооружается приложением в своем смартфоне и незаметно включает запись разговора в момент очередной «перепалки с начальником». На его «радость» он в очередной раз слышит оскорбительные и уничижительные фразы и обороты речи в свой адрес. После того, как ссора прекращается, он сообщает своему руководителю о том, что намерен подать на него в суд за оскорбления, которые тот опустил в его сторону. Проходит время, и мы уже видим наших героев в зале суда. Адвокат ответчика сообщает, что наш работник клевещет на своего руководителя, в связи с чем он от лица своего клиента намерен подать встречный иск. Адвокат работника просит у суда представить неопровержимые доказательства правоты своего подопечного. Суд выносит решение ознакомиться с нашей аудиозаписью в ходе судебного слушания. С учетом того, что в ней присутствуют отчетливо слышимые оскорбления и ругательства начальника, судья имеет право учесть данный материал при вынесении приговора, если идентификация места и времени записи не требуется.
Рассмотрим иную ситуацию. Наш сотрудник опасается за компрометацию коммерческой тайны, сохранность которой находится в поле его ответственности. Ему известно о неких переговорах своего коллеги касаемо этой темы с руководством компании, являющейся конкурентом. Далее он решается на то, чтобы вывести своего коллегу «на чистую воду», и подстраивает возможность записи его речи в момент очередного диалога с конкурентами. Не так важно, как он собирается это сделать, главное, что этот диалог должен будет состояться в доме его коллеги, т.е. на его частной территории. Затем этот диалог фиксируется и предстает в суде. В данном случае, неизвестно, какое решение примет судья – будет или не будет учитывать данную запись в ходе судебного разбирательства даже с учетом того, что она содержит компрометирующую коллегу информацию. На лицо – проникновение в частную жизнь и на данном этапе суд может расценить звукозапись в таких обстоятельствах неправомерной. Более того, инициатора звукозаписи при грамотно выстроенной линии защиты ответчика можно привлечь к уголовной ответственности по статье 137 УК РФ «Нарушение неприкосновенности частной жизни», по которой предполагается либо штраф в размере 200 тысяч рублей, либо лишение свободы сроком до пяти лет в зависимости от тяжести преступления.
Выводы
На данных примерах мы делаем вывод, что использование аудиозаписи в качестве доказательства в суде должно быть использовано сторонами разбирательства с учетом незыблемого правила, отраженного в Конституции – недопущения посягательств на частную жизнь. Понятие частной жизни имеет достаточно прозрачные границы, когда идет речь об общественных вопросах на частной территории, как это представлено в одном из наших примеров. К сожалению, наше законодательство несовершенно, но разве оно может быть другим? Закон и формируется в целях регулирования нашей жизни, но как можно описать «словами» всю ее многогранность? Пожалуй, это уже философский вопрос, ответ на который, к сожалению, нам ничего не дает. Нам остается только следовать тому, что уже утверждено и анализировать судебную практику для того, чтобы понимать, на что мы можем или не можем рассчитывать в суде.
Желаем вам быть в стороне от судебных разбирательств и до новых встреч!
